Широко разрабатываемое понятие «внутренняя картина болезни» — представленность всех признаков болезни в сознании больного—крайне редко используется в психиатрии, чаще всего при так называемых пограничных расстройствах и соматических заболеваниях (Соколова Е.Т., Николаева В.В., 1995; Николаева В.В. 1987). Внутренняя картина болезни у правшей формируется при поражении левого полушария мозга: больные могут быть обеспокоены, встревожены, патологически подробно рассказывать о проявлениях недуга, если нет речевых нарушений.
В нейропсихиатрии (особенно отчетливо) и неврологии уже накопилось много данных, свидетельствующих о целесообразности двух описаний совместного «бега» психопатологических и неврологических симптомов. Первое практикуется с давних времен и выражается в описании психических и неврологических различий в картинах поражения правого и левого полушарий мозга правшей. К настоящему времени накопилось довольно много данных в пользу отдельного описания тех же картин при право- и левополушарных поражениях мозга у левшей. И становится все более очевидной вероятность многих (вместо одного у всех правшей) вариантов (о чем говорят данные Бабенковой СВ.) психопатологической и неврологической картин, их совместного «бега» при поражении как правого, так и левого полушария мозга. В этой книге сделана попытка привести известные данные об отличающих левшей особенностях психической и нервной деятельности. Они проявляются вместе во многих феноменах, отсутствующих у правшей, в частности, в зеркальных формах деятельности. Правше, например, необходимо приложить исключительные усилия для исполнения зеркального письма, зеркального рисования, чтения и др., тогда как левшой они совершаются так же быстро, как правшой — обычные движения.
Различны и способы характеристики психопатологических и неврологических состояний. Пока представляются более приемлемыми две характеристики, совместного бега психических и неврологических нарушений правшей при поражении правого и левого полушарий.
При изучении психопатологических проявлений, обусловленных очаговым поражением мозга правшей и левшей, клиницист сталкивается с постоянством определенного у всех правшей (соответствующего психопатологическому синдрому) неврологического «контекста». Поэтому -естественным представляется рассмотрение различий психопатологической симптоматики правшей и левшей с обязательным ее сопоставлением с сопутствующими нервными симптомами, на которых традиционно базируется топической диагноз. Поэтому одной из методических основ нейропсихиатрического исследования должно быть использование неврологического метода для систематизации данных клинических наблюдений и всесторонней оценки внутриполушарной топографии очага. Необходимо обязательное соотнесение психопатологических симптомов с сопутствующими им нервными расстройствами правшей и левшей. Такое соотнесение нервных и психических нарушений может служить подходом к пониманию формирования конкретных психопатологических явлений, синдромов или патогенетическим направлением в изучении психических нарушений правшей и левшей.
Нельзя не отметить, что пока особо трудным представляется анализ неврологических и психопатологических синдромов левшей, остающихся все еще малоизученными, хотя уже положено начало специальным их исследованиям, данные которых помогут, вероятно, лучше понять и особенности правшей.
В ходе сравнительного изучения левшей и правшей возникают новые, чрезвычайно трудные вопросы. Они связаны, например, с тем, что психическая деятельность левшей (рисование, письмо, чтение и т.д.) выглядит организованной противоположно в пространстве и времени по сравнению с таковой правшей. В настоящее время уже представляется возможным использование высказанных положений для понимания симптоматики очаговых поражений мозга не только правшей, но и левшей.